Многие образы Кэрри про мифическое, магнетическое, охмуряющее поле. Про манкий и чувственный образ женщины. Если мы посмотрим на весь гардероб, то заметим, что все образы (особенно вечерние) работают как прелюдия к горячему. Как обещание. Как первое блюдо, подаваемое во время трапезы и призванное возбудить аппетит.

По сути, Кэрри (как и Джед из "Ночного администратора") несет собой не бытовую историю, где работа, дети, посуда, усталость. Отнюдь. Своим внешним видом она удовлетворяют мужской запрос на миф, где «дыша духами и туманами она садится у окна и веют древними поверьями ее упругие шелка»

Мужчина в присутствии такой женщины ощущает живительные вибрации мифа, становится полноправным участником другого пространства, где можно чувствовать себя героем, где допустимо восхищение, где есть шанс прожить вместе краткую, яркую, красивую историю и присягнуть на верность даме своего сердца.

Ее одежда приглашает к определенному сюжету - эмоциям, чувствам, удовольствию. В таком сюжете мужчина реагирует на трафик мифологической призывности, идущей через эту женщину, он им примагничивается. И сам собой опьяняется, потому что конкретно эта женщина генерирует собой охмуряющее его поле.

В этом сюжете через мужчину прёт трафик маскулинности - он вдруг делается завораживающе, животно-магнетичным. И женщина ведется на этот зов.

Помните, как у Пастернака «Пройдут года, ты вступишь в брак, Забудешь неустройства. Быть женщиной — великий шаг, Сводить с ума — геройство. А я пред чудом женских рук, Спины, и плеч, и шеи. И так с привязанностью слуг. Весь век благоговею»